Ездовые собаки в годы Великой Отечественной войны выполняли две основные функции, это вывоз раненых и доставка боеприпасов. Как правило это совмещалось в одном заходе: взял боеприпасы — выдвинулся на передовую — сбросил боеприпасы- забрал раненного — вернулся в тыл — взял боеприпасы.. и т.д. в периоды ожесточенных сражений упряжки могли проходить по 40-60 км в день. Там где не могли пройти конные повозки собаки могли передвигаться по насту имея намного больший шанс уйти незамеченными. Так же в сравнении с санитарами-носильщиками и конным сантранспортом собаки-санитары — приученные ложится рядом с вожатым — представляли меньшую мишень.

Нужно сказать что ездовые собаки готовились и участвовали еще в Первой Мировой войне. И с началом Великой Отечественной войны такие собаки были в распоряжении Центральной школы собаководства Красной Армии. Поэтому в первые же дни войны сотни подразделений ездовых собак были направлены в действующую армию. Огромную помощь в предоставлении собак оказало население и клубы служебного собаководства.

Было заготовлено несколько десятков тысяч собак для ездовых подразделений. Ключевыми моментами в отборе было физическое состояние — размер, возраст, крепкие лапы, длинна шерсти и плотный подшерсток. Для этой службы принимались немецкие, кавказские, среднеазиатские, южнорусские овчарки, лайки всех разновидностей, гончие, метисы этих пород а также беспородные собаки.

Использование ездовых собак в армии позволило определить наиболее подходящий тип для такой работы: крепкий костяк, ярко выраженная мускулатура, не отвислый живот, без признаков «сырости».
Что интересно «тяжеловозы» плохо подходили для этих целей, так же как и сверхбыстрые борзообразные собаки и их метисы. «Тяжеловозы», хоть и тянули сильнее, не обладали достаточной подвижностью, быстро выдыхались в летний период и требовали больших затрат на прокорм что в период войны , разумеется, было не выгодно. Легкие борзые, передвигались значительно быстрее средней ездовой собаки, но в то же время такое передвижение доставляло неудобство раненым да и труднее поддавалось управлению вожатым. Во время движения по глубокому снегу они быстро уставали, так же как и в жаркие периоды лета.
Так же было сделано интересное наблюдение — собаки северных пород легче акклиматизировались к южным условиям и работали одинаково эффективно и там и там. Тогда как южные породы со слабым шерстяным покровом работать на севере не могли (за исключением немецких овчарок и гончих, а так же легких типов кавказских и среднеазиатских овчарок). Окрас собак роли не играл, но в зимние периоды на темных собак надевали белые попоны, чтобы скрыть их от врага.

Условия войны заставляли сократить до минимума сроки подготовки ездовых собак, так новая собака включенная в готовую упряжку приучалась хорошо тянуть на второй-третий день (фантастика правда?)) )

Когда это требовалось, собачьи упряжки сопровождали лыжные отряды на расстояния свыше 100 км. Особенно это было распространено на Карельском фронте. Так, например, подразделение 41-ого отдельного отряда нартовых упряжек в январе 1943 года сопровождало лыжный отряд в глубокий тыл противника, всего было пройдено свыше 200 км. В начале операции упряжки шли порожняком, но когда в связи с глубокими снегами после 8 километров встали 10 оленьих упряжек с боеприпасами и питанием, командир отряда приказал переложить груз на собачьи упряжки, которые прекрасно справились с этой работой. Выходя из рейда собаки вывезли всех раненых бойцов и офицеров.

Также, собаки отличались тем что хорошо ориентировались в темноте (известны случаи когда собаки, ночью, находили дорогу к пункту медпомощи без вожатого) и хорошо запоминали дорогу. Так в Германии, окруженная группировка немцев пыталась прорваться на запад. В одном месте ей удалось перерезать автостраду и поставить некоторые из наших частей в тяжелое положение. Собакам выпала трудная но важная задача, доставлять боеприпасы в обход по лесу пересеченному оврагами. Вожатые приступили к работе вечером и к темноте успели совершить один-два рейса. Ночью немцы пошли в контратаку и наши части остро нуждались в боеприпасах. Вожатым четырех упряжек было приказано срочно доставить их в роты. Темнота, лес, стрельба с разных направлений дезориентировали вожатых но не собак, начав с того же места с которого они двигались в прошлый раз все четыре упряжки благополучно добрались к точно тем же пунктам где были вечером. Собаки без труда нашли дорогу.

Ездовые собаки зачастую были и собаками-санитарами в одном лице. И им приходилось работать и без вожатого, слаженно и эффективно, благодаря своей сообразительности. Вот как описала работу такого «подразделения» во время снятия блокады в 1944 году Тамара Овсянникова, служившая связисткой в 268-й стрелковой дивизии: «Я взяла катушку и побежала по полю около железной дороги. И вдруг вижу: две собаки, а рядом с раненым волокуша. Лохматые санитары вокруг раненого вертятся. Я подтащила им волокушу. Собака легла рядом с раненым, а у нее на боку санитарная сумка — раненый себе ногу перевязал, я им помогла его на волокушу погрузить, они впряглись и потащили. Вот так в первый раз увидела собак-санитаров. Это меня поразило очень. С тех пор собак очень уважаю…»

Подбор историй: Игнатьев Игорь